Искусственный завет [litres] - Вадим Юрьевич Панов

власти готовы рассмотреть вопрос о выделении миссии участка в историческом центре, а на месте чудовищной катастрофы установить мемориал жертвам нейроцида…

И именно в это мгновение Крис поняла, что в квартиру кто-то вошёл: едва прозвучавший щелчок замка входной двери; очень тихие шаги по коридору; кажется, дыхание – тонкие звуки должны были затеряться в шуме коммуникатора, но Крис услышала, резко обернулась и увидела стоящую в дверях кухни Райму.

– Привет.

Неожиданное вторжение не заставило Крис подскочить, замахать руками или провизжать бессмысленно: «Как ты сюда попала?» И на вопрос:

– Помнишь меня?

Молодая женщина ответила в своём стиле:

– Помню, конечно, ты – будущая бывшая брата.

– Ты быстро взяла себя в руки, – оценила Райма. И Крис показалось, что в голосе девушки прозвучали уважительные нотки.

– Как ты вошла?

– Не так, как мы с тобой сейчас уйдём. – Райма подошла к окну, огляделась, прищурилась на несколько дронов, зависших напротив, и надавила на кнопку, закрывая плотные шторы. – Переодеваться нет времени. Давай за мной.

– Куда?

– Прочь.

Окна в квартире стояли высококлассные, надёжно защищающие от шума мегаполиса, но сейчас они не помогали, и Крис услышала доносящееся с улицы гудение.

– Что происходит?

– Ты хочешь жить? – вопросом на вопрос ответила Райма, глядя Крис в глаза.

– Да.

– Нужно бежать.

– Я хочу позвонить брату.

– Я отключила всю связь.

– Зачем?

– Чтобы оказаться в «слепом пятне». У нас было три с половиной минуты, но тридцать секунд ты уже отняла.

И Крис решилась:

– Бежим!

Потому что понимала, что нейра на дурацкий розыгрыш неспособна: или Райма действительно хочет помочь, или Райма её похищает. В первом случае тормозить глупо, во втором – бессмысленно.

– Бежим!

Как есть – в халате и тапочках, тапочки слетели почти сразу, а значит, только в халате.

Выскочили в коридор. Налево до конца, где лестница, и пешком вверх. Не спрашивая, как высоко, потому что нужно беречь дыхание, а глупые вопросы оставляют позади. Ступенька за ступенькой, пролёт за пролётом – вверх, вслед за Раймой, которой быстрый бег давался куда легче. А потом Райма остановилась на площадке очередного этажа, да так резко, что Крис едва не врезалась в неё, мягким движением извлекла из-под тонкой ветровки пистолет и четыре раза выстрелила через дверь. С той стороны что-то лопнуло. А Райма вновь помчалась вверх по лестнице, крикнув:

– Один этаж!

– Что там было?

– Сеть вернулась! Нас увидели.

А когда девушки оказались на крыше, Крис решила, что настало время для дурацких вопросов.

– Кто?!

– Враги.

– Я хочу позвонить брату!

– Успеешь. – Они оказались не просто на крыше, а на посадочной площадке, на которую стремительно спикировал грузовой дрон, затормозив в полуметре над поверхностью. Едва он коснулся земли, дверь грузового отсека распахнулась, и Райма громко спросила: – Ты мне доверяешь?

– Нет.

– Отлично! Полезай!

Девушки забрались внутрь, и грузовик поднялся в воздух до того, как захлопнулась дверца.

– Такие дроны легко засечь.

– Не так легко, как кажется, – ответила Райма. – На нём стоит аппаратура, позволяющая запутывать любые следящие устройства. Кроме того, нас ведут опытные операторы, которые сделают всё, чтобы сбить их со следа.

– Кого их?

Ответ прозвучал отрывисто:

– «Давар Аин».

– При чём тут церковь?

– Лаврентий копает под неё.

– И они хотят надавить на брата?

– Ага.

– Почему ты мне помогаешь?

– Планирую бесить тебя как можно дольше.

– А ты оптимистка!

– Я упорная.

Дрон заложил крутой вираж, а поскольку кресла с ремнями безопасности в отсеке отсутствовали, девушек изрядно тряхнуло. Крис, повторяя за Раймой, села в угол, прямо на пол и упёрлась руками в стенки. После чего спросила:

– Ты точно меня не обманываешь?

– Теперь неважно.

– Пожалуй.

Райма посмотрела на Крис, поняла, что та не рисуется, и неожиданно рассмеялась:

– Вся семейка чокнутая. На сто процентов чокнутая.

///

– Не возражаешь, если я недолго с тобой побуду?

Лаврентий опустился за столик, дружески улыбнулся опешившему Нарциссу, махнул рукой официанту, а когда он подошёл, распорядился:

– Холодный чай и шот островного виски.

– Какого именно?

– Настоящий торфяной в вашей барной карте один.

– Извините. – Это было одно из самых дорогих кафе города, среди официантов – исключительно проты, и подобные оплошности добавляли заведению шарма. – Одну секунду.

Официант исчез, Граф вернулся взглядом к Дигиталису, который, судя по следующему вопросу, успел взять себя в руки:

– Никогда не пойму, для чего вы пьёте.

– Ага, – беззаботно отозвался Лаврентий, в упор разглядывая архитектора.

– И всё?

– Что «всё»?

– Просто «ага»?

– А что, по-твоему, я должен сказать?

– Не знаю. Я уже ничего не знаю. – Нарцисс переложил приборы: поднял нож, вернул на место, потрогал вилку, но брать не стал. Желание есть совершенно исчезло. – Наверное, ты впервые видишь растерянного нейра…

– Не впервые.

Дигиталис вновь осёкся. И вновь взял себя в руки:

– Думаешь, всё о нас знаешь?

– Думаю, да, – не стал отнекиваться Граф. – И ты так думаешь, иначе бы не спросил.

Нарцисс промолчал.

– И вашу с Крис историю знаю, – продолжил Лаврентий. – Но до определённого момента, конечно. Три года назад в твоём теле жил человек.

– Прототип. – Дигиталису очень хотелось перехватить инициативу.

– И как получилось, что ты занял его место?

– Синдром Утраты, – отчётливо, разве что не по слогам, произнёс Дигиталис. – И сразу скажу: если хочешь кого-то обвинить – обвиняй свою сестру. Она отвергла Нарцисса и тем отняла у него желание жить. Он был одержим Крис с первого курса. Надеялся поразить её своим талантом, но студенческие работы Крис всегда были не хуже, а иногда – лучше, чем его… – Дигиталис сбился. – Ладно, не буду лгать, как правило – лучше. И так продолжилось после университета. Крис быстро вошла в топ архитекторов, заслуженно вошла – её проекты удивляют и завораживают, Нарцисс злился, тосковал, бесился, изматывал себя… Был период, когда он говорил о Крис жуткие гадости, потом валялся у неё в ногах, вымаливая прощение. Не ради того, чтобы стать любовником, а чтобы она не отказывала в общении. Он был одержим? Да, он был одержим, понимал это, но не собирался отступать. Все его женщины были похожи на Крис – внешне, разумеется, а весь дом украшен её портретами. Он трижды умолял Крис стать его женой и после каждого отказа становился всё тише и глуше. – Нарцисс вздохнул. – Я не подталкивал его к синдрому Утраты, это сделала твоя сестра.

– Зачем он загрузил SLR? – Лаврентий вопросительно поднял брови. – Я немного разбираюсь в психологии и знаю, что в таких случаях люди либо выкарабкиваются, выбросив из головы объект страсти, либо шагают с крыши.

– Он поступил мудро, – медленно ответил Дигиталис. – Ведь теперь его талант – это я. А значит, его талант